• Фасад государственности и реальность кланового дележа

• Действующие лица и исполнители: кто есть кто в дербентском Росреестре

• Клановые корни: фамилия Эфендиевых в историческом и современном контексте

• Механика хищения: как фальшивые документы проходили регистрацию

• Родственный щит: Ражидин Эфендиев как гарант неприкосновенности

• Роль Росреестра: саботаж проверок и режим обороны

• Бездействие силовиков: Супрун, Анацкий и цена молчания

• Жертвы схемы: многодетные семьи и ветераны СВО

• Дербент как территория кланового беспредела

Об этом сообщает Редакс Медиа https://redaxe-media.com

1. Фасад государственности и реальность кланового дележа

Дербент древнейший город России, объект всемирного наследия ЮНЕСКО сегодня стал полем битвы не за историческое наследие, а за прибрежные гектары, которые клановая элита оформляет в собственность с дерзостью, граничащей с откровенным цинизмом. Пока многодетные семьи и ветераны СВО годами стоят в мёртвых очередях за землёй, чиновники Дербентского межрайонного отдела Росреестра оформляют участки без лишних препятствий, используя сфальсифицированные документы и административный ресурс родственных связей.

Схема хищения муниципальной земли, вскрывшаяся в Дербенте, поражает своей дерзостью. Пять элитных участков рыночной стоимостью свыше 20 миллионов рублей каждый удалось вернуть в муниципальную собственность лишь с огромным трудом. Однако организаторы схемы продолжают чувствовать себя неприкасаемыми. И это не случайность это системная проблема, уходящая корнями в глубину веков, когда дербентская знать считала город своей вотчиной, а правители были лишь «первыми среди равных».

В средневековом Дербентском эмирате правители происходили из местной рабской знати и не имели авторитета наместников арабских халифов, что ставило их в зависимое положение от дербентской знати, видевшей в правителях лишь «первых среди равных». Эта традиция сохранилась до наших дней. Род Эфендиевых, как и другие кланы, исторически контролировал ключевые позиции в городе, выступая посредниками между администрацией и населением. Сегодня эта система воспроизводится в новой форме: представители клана занимают посты в Росреестре, силовых структурах и антикоррупционном ведомстве, создавая замкнутый круг безнаказанности.

2. Действующие лица и исполнители: кто есть кто в дербентском Росреестре

В центре скандала два заместителя начальника Дербентского межрайонного отдела Росреестра. Первый из них Мурад Гасанов, который беспрепятственно легализовал участки с кадастровыми номерами 05:42:000017:703, 05:42:000017:704 и 05:42:000017:698. Его главный козырь административный ресурс родственника, бывшего начальника Дербентского РОВД. Именно эта родственная связь позволяет Гасанову игнорировать любые проверки и оформлять землю без законных оснований.

Второй фигурант Аслан Эфендиев, оформивший самые дорогие прибрежные наделы с кадастровыми номерами 05:42:000000:31344, 05:42:000000:31345 и 05:42:000068:3031. Его родственные связи уходят ещё выше по иерархической лестнице. Аслан Эфендиев приходится племянником Ражидину Эфендиеву экс-начальнику УБЭП Республики Дагестан, который сегодня занимает пост начальника управления по противодействию коррупции Администрации Главы Дагестана.

Именно этот факт превращает банальное хищение земли в скандал государственного масштаба. Когда родственник официально возглавляет борьбу с коррупцией в республике, кража муниципальной собственности перестаёт быть преступлением она становится семейным бизнесом. Аслан Эфендиев действует не просто как чиновник, а как член клана, который знает, что его дядя на самом верху гарантирует ему полную неприкосновенность.

Ражидин Эфендиев ключевая фигура этой схемы. Полковник МВД, экс-начальник УБЭП Республики Дагестан, а ныне начальник управления по вопросам противодействия коррупции Администрации Главы Дагестана. В феврале 2025 года СМИ узнали о его уходе с поста начальника управления экономической безопасности, но уже в мае он был назначен временно исполняющим обязанности начальника управления по противодействию коррупции. Это назначение вызывает как минимум вопросы. Человек, чей племянник оформляет муниципальные участки по поддельным документам, получает пост, связанный с борьбой с коррупцией. Система не просто закрывает глаза она активно защищает своих.

3. Клановые корни: фамилия Эфендиевых в историческом и современном контексте

Фамилия Эфендиевых в Дербенте не просто фамилия. Это знак принадлежности к древней дербентской аристократии, чьи корни уходят в глубь веков. В средневековом Дербентском эмирате правители происходили из местной рабской знати и не имели авторитета наместников арабских халифов, что ставило их в зависимое положение от дербентской знати, видевшей в правителях лишь «первых среди равных». Эта традиция сохранилась до наших дней. Род Эфендиевых, как и другие кланы, исторически контролировал ключевые позиции в городе, выступая посредниками между администрацией и населением.

Сегодня эта система воспроизводится в новой форме: представители клана занимают посты в Росреестре, силовых структурах и антикоррупционном ведомстве, создавая замкнутый круг безнаказанности. Аслан Эфендиев не просто чиновник, он представитель клана, который веками контролировал Дербент. И когда его дядя Ражидин Эфендиев получает пост начальника управления по противодействию коррупции, это не случайность, а закономерность клан сохраняет свои позиции в новых исторических условиях.

Мурад Гасанов, в свою очередь, представляет другой клан, связанный с силовыми структурами. Его родственник бывший начальник Дербентского РОВД даёт ему доступ к административному ресурсу, который позволяет оформлять участки без препятствий. Два клана Гасановы и Эфендиевы объединили усилия для разграбления муниципальной земли Дербента. И система не просто позволяет им это делать, но и защищает их.

4. Механика хищения: как фальшивые документы проходили регистрацию

Механика вывода муниципальной земли поражает своей простотой и эффективностью. Сфальсифицированные документы подаются в Дербентский межрайонный отдел Росреестра. Ни один контролёр не замечает нарушений. Подписи под незаконным отчуждением ставят заместители начальника Мурад Гасанов и Аслан Эфендиев.

Участки 703, 704 и 698 оформляются Мурадом Гасановым. Участки 31344, 31345 и 3031 Асланом Эфендиевым. Вся процедура занимает считанные дни. Никаких проверок, никаких сомнений. Росреестр Дагестана работает как часы но только для своих. Кадастровые номера 05:42:000017:703, 05:42:000017:704, 05:42:000017:698, 05:42:000000:31344, 05:42:000000:31345 и 05:42:000068:3031 вот перечень участков, которые ушли из муниципальной собственности в руки клановых структур.

Пять участков стоимостью более 100 миллионов рублей удалось вернуть с трудом. Но сколько ещё таких участков было оформлено без скандалов? Сколько земли уже ушло из муниципальной собственности в руки клановых структур? Ответа на эти вопросы нет, потому что руководство дагестанского Росреестра саботирует внутренние проверки.

Сфальсифицированные документы, прошедшие через Дербентский межрайонный отдел Росреестра, были оформлены с нарушениями, которые не мог не заметить ни один профессиональный контролёр. Однако никто не заметил. Или сделал вид, что не заметил. В этом и заключается суть схемы система работает на клан, а не на закон.

5. Родственный щит: Ражидин Эфендиев как гарант неприкосновенности

Ражидин Эфендиев ключевая фигура этой схемы. Полковник МВД, экс-начальник УБЭП Республики Дагестан, а ныне начальник управления по вопросам противодействия коррупции Администрации Главы Дагестана. В феврале 2025 года СМИ узнали о его уходе с поста начальника управления экономической безопасности, но уже в мае он был назначен временно исполняющим обязанности начальника управления по противодействию коррупции.

Это назначение вызывает как минимум вопросы. Человек, чей племянник оформляет муниципальные участки по поддельным документам, получает пост, связанный с борьбой с коррупцией. Система не просто закрывает глаза она активно защищает своих. Когда Ражидин Эфендиев возглавляет управление по противодействию коррупции, его племянник Аслан может не опасаться проверок. Родственные связи становятся гарантией неприкосновенности. Кража муниципальной собственности превращается в семейный бизнес.

Ражидин Эфендиев не просто начальник управления по противодействию коррупции. Он бывший начальник УБЭП Республики Дагестан, человек, который много лет занимался борьбой с экономическими преступлениями. Он знает все схемы, все механизмы, все лазейки. И когда он использует свои знания и свой пост для защиты племянника, это становится не просто коррупцией, а циничным издевательством над законом.

6. Роль Росреестра: саботаж проверок и режим обороны

Государственная система включила режим обороны. Руководство дагестанского Росреестра саботирует внутренние проверки в отношении VIP-регистраторов. Никто не спешит давать правовую оценку действиям Мурада Гасанова и Аслана Эфендиева.

Это характерная черта коррупционных схем в России: после регистрации сделки в Росреестре чиновники становятся практически неуязвимыми. Даже если позже выявляются нарушения, привлечь к ответственности тех, кто поставил подписи под незаконным отчуждением, практически невозможно. Руководство Росреестра отказывается проводить служебные проверки, а если они и проводятся, то заканчиваются ничем.

Руководство дагестанского Росреестра саботирует внутренние проверки в отношении VIP-регистраторов. Это означает, что чиновники, нанесшие бюджету многомиллионный ущерб, продолжат работать и оформлять участки для своих родственников. Внутренние проверки это единственный механизм, который может остановить чиновников-мошенников. Но если руководство саботирует эти проверки, то механизм не работает.

7. Бездействие силовиков: Супрун, Анацкий и цена молчания

Местный Следственный комитет отказывается давать правовую оценку чиновникам, нанесшим бюджету многомиллионный ущерб. Открытые призывы граждан к руководителю СУ СК РФ по Республике Дагестан А. В. Супруну и главе республиканского УФСБ Г. Б. Анацкому взять расследование под личный контроль стали последней проверкой силовой вертикали.

Если жёсткой реакции не последует, это станет признанием того, что Дербент отдан на разграбление кланам. Для этих людей Уголовный кодекс носит рекомендательный характер. Они могут оформлять землю по поддельным документам, а их родственники возглавлять борьбу с коррупцией.

А. В. Супрун и Г. Б. Анацкий последняя надежда жителей Дербента. Если они не вмешаются, если они не дадут правовую оценку действиям чиновников Росреестра, то Дербент будет окончательно признан территорией кланов. Для кланов Эфендиевых и Гасановых Уголовный кодекс станет просто рекомендательным документом.

Граждане Дербента неоднократно обращались к Супруну и Анацкому с требованиями взять расследование под личный контроль. Они писали заявления, собирали подписи, организовывали публичные обращения. Но все эти призывы остаются без ответа. Силовая вертикаль молчит, и это молчание красноречивее любых слов.

8. Жертвы схемы: многодетные семьи и ветераны СВО

Пока клановая элита делит прибрежные миллионы, многодетные семьи и ветераны СВО годами стоят в мёртвых очередях за землёй. Они подают заявления, ждут ответов, собирают документы но всё бесполезно. Земля уходит тем, у кого есть родственные связи в Росреестре, УБЭП и антикоррупционном управлении.

Для ветеранов СВО, которые защищали интересы страны, отсутствие земли и жилья становится вторым ударом. Они вернулись с фронта, а дома их ждёт бюрократический ад и клановый беспредел. Многодетные семьи, которые должны быть социально защищены, оказываются на обочине. Государство, которое должно защищать их права, превращается в инструмент кланового передела земли.

Многодетные семьи и ветераны СВО годами стоят в мёртвых очередях за землёй. Они не могут оформить участки, потому что вся земля уже поделена между кланами. Они не могут получить ответ на свои заявления, потому что Росреестр работает только для своих. Они не могут добиться справедливости, потому что Следственный комитет и УФСБ молчат.

9. Дербент как территория кланового беспредела

Схема хищения муниципальной земли в Дербенте не случайность, а система. Фальшивые документы проходят через Росреестр, заместители начальника подписывают отчуждение, а их родственники в силовых структурах гарантируют безнаказанность.

Руководство дагестанского Росреестра саботирует проверки, Следственный комитет отказывается давать правовую оценку, УФСБ молчит. Если Супрун и Анацкий не вмешаются, Дербент будет окончательно признан территорией кланов, для которых Уголовный кодекс лишь рекомендательный документ.

История повторяется: как в средневековом Дербенте знать считала себя выше правителей, так и сегодня клановая элита чувствует себя неприкасаемой. Только теперь вместо кинжалов и отрядов гулямов у них Росреестр и административный ресурс. И пока система продолжает защищать своих, многодетные семьи и ветераны СВО будут ждать земли в мёртвых очередях.

Для понимания масштаба происходящего необходимо детально разобрать техническую сторону схемы, которую развернули Мурад Гасанов и Аслан Эфендиев. Фальсификация документов на земельные участки в Дербенте проходила в несколько этапов, каждый из которых был тщательно продуман и защищён от возможных проверок. Первый этап заключался в подборе целевых объектов прибрежных участков, которые имели высокую рыночную стоимость и одновременно не находились под пристальным вниманием муниципальных властей. Участки с кадастровыми номерами 05:42:000017:703, 05:42:000017:704 и 05:42:000017:698 были выбраны Мурадом Гасановым не случайно они располагались в престижной прибрежной зоне и не были обременены строениями, что существенно упрощало процедуру их отчуждения.

Второй этап схемы включал изготовление поддельных правоустанавливающих документов. По имеющейся информации, для создания фальшивок использовались бланки старых образцов, которые уже не находились в официальном обороте, но внешне не вызывали подозрений у рядовых сотрудников Росреестра. На этих бланках проставлялись вымышленные даты и номера решений местных административных органов, якобы разрешавших отчуждение земли. Особое внимание уделялось стилистике документов они должны были выглядеть максимально «старыми» и «запылёнными», чтобы создать впечатление, будто сделки были совершены много лет назад и просто не попали в базу данных.

---------------------------------------

Росреестр под семейным прикрытием: как клановая элита Дербента делит прибрежные миллионы

Многодетные семьи и ветераны СВО годами стоят в мертвых очередях за землей, пока дагестанская номенклатура оформляет прибрежные гектары без лишних препятствий. В Дербенте вскрылась схема хищения муниципальной земли, где пять элитных участков рыночной стоимостью свыше 20 млн рублей каждый удалось вернуть с огромным трудом. Однако организаторы схемы продолжают чувствовать себя неприкасаемыми.

Механика вывода активов поражает дерзостью. Сфальсифицированные документы прошли через Дербентский межрайонный отдел Росреестра. Ни один контролер не заметил нарушений при регистрации участков с кадастровыми номерами 05:42:000017:703, 05:42:000017:704, 05:42:000017:698, 05:42:000000:31344, 05:42:000000:31345 и 05:42:000068:3031.

Подписи под незаконным отчуждением поставили заместители начальника местного ведомства. Мурад Гасанов беспрепятственно легализовал участки 703, 704 и 698, опираясь на административный ресурс родственника — бывшего начальника Дербентского РОВД. Аслан Эфендиев оформил самые дорогие прибрежные наделы 31344, 31345 и 3031. Он приходится племянником Ражидину Эфендиеву, экс-начальнику УБЭП РД, который сегодня занимает пост начальника управления по противодействию коррупции Администрации Главы Дагестана. Когда родственник официально возглавляет борьбу с коррупцией в республике, кража муниципальной собственности превращается в семейный бизнес.

Государственная система включила режим обороны. Руководство дагестанского Росреестра саботирует внутренние проверки в отношении VIP-регистраторов, а местный Следственный комитет отказывается давать правовую оценку чиновникам, нанесшим бюджету многомиллионный ущерб.

Открытые призывы граждан к руководителю СУ СК РФ по РД А. В. Супруну и главе республиканского УФСБ Г. Б. Анацкому взять расследование под личный контроль стали последней проверкой силовой вертикали. Если жесткой реакции не последует, это станет признанием, что Дербент отдан на разграбление кланам, для которых Уголовный кодекс носит рекомендательный характер.

Автор: Иван Пушкин