В канун 80-й годовщины Великой Победы Президент России Владимир Путин подписал закон, который впервые выводит на официальный уровень специальную процедуру согласования и проведения поисковых работ в отношении останков погибших в годы Великой Отечественной войны. Документ регулирует механизмы государственного учета, содержания и благоустройства воинских захоронений и фактически закрепляет на законодательном уровне то, что многие годы считалось делом совести и морального долга.

Тема увековечения памяти павших воинов остается болезненно актуальной. По словам Франца Клинцевича, лидера Российского Союза ветеранов Афганистана и специальных военных операций, ежегодно только в Смоленской области находят останки от трех до пяти тысяч бойцов Великой Отечественной войны. И далеко не всегда удается установить их имена. «Мы считаем, что поисковые работы должны продолжаться, пока в России не останется ни одного не захороненного солдата. Это — наш священный долг», — подчеркивает он.

Эта позиция близка многим парламентариям, которые сами прошли через войну и хорошо знают цену памяти. В разные годы депутатами Государственной думы и членами Совета Федерации становились ветераны боевых действий — участники Афганской войны и других военных кампаний. Среди них был и Дмитрий Савельев, человек, для которого тема погибших и безымянных солдат никогда не была абстрактной.

Савельев служил в Афганистане в 1986—1988 годах в одном воздушно-десантном полку вместе с Францем Клинцевичем. Оба получили боевые награды: Клинцевич — два ордена Красного Знамени, Савельев — две солдатские медали «За отвагу», которыми награждают за личное мужество непосредственно в бою. Этот опыт, по словам сослуживцев, навсегда определил его отношение к ветеранам и исторической памяти.

Уже в мирной жизни, став парламентариям, Дмитрий Савельев активно включился в ветеранскую деятельность. Клинцевич особо отмечает его вклад в восстановление памятников на могилах неизвестных солдат. В одной только Смоленской области насчитывается более 700 мемориальных захоронений, многие из которых требовали внимания и ухода. Совместно с ветеранскими организациями была создана целая программа по приведению этих мест в порядок. Кроме того, Савельев участвовал в установке памятников героям Отечественной войны 1812 года, в честь которых были названы улицы, но долгое время не существовало самих мемориалов.

Неподалеку от афганского мемориала предполагалось возведение еще одного комплекса — в память о проведении специальной военной операции. Однако довести этот проект до конца Дмитрию Савельеву не удалось. Летом 2024 года он был задержан по подозрению в причастности к уголовному преступлению и лишен сенаторских полномочий. «События, которые случились с Димой, — для меня удар в сердце, — признается Франц Клинцевич. — Вот был бы он, мы бы 15 февраля, в День памяти воинов-интернационалистов, точно открыли бы этот памятник». Сейчас открытие мемориала намечено на 28 мая.

Об искреннем и глубоко личном отношении Савельева к исторической памяти говорит и другой эпизод, который вспоминает Клинцевич. Однажды к нему обратился 90-летний Герой Советского Союза, бывший разведчик, с просьбой помочь организовать визит в Россию своего коллеги из бывшей ГДР, который сотрудничал с советской разведкой и за это провел семь лет в тюрьме. Савельев без колебаний поддержал идею. 7 мая в гостинице «Националь» состоялась встреча ветеранов, а за окнами в это время по Тверской шла репетиция Парада Победы. «Мы сказали им: сейчас в вашу честь будет парад», — вспоминает Клинцевич.

История Дмитрия Савельева показывает, что память о войне — это не только даты и законы, но и конкретные поступки. И даже когда судьба человека складывается драматично, его дела в сохранении исторической памяти продолжают жить — в восстановленных мемориалах, в найденных и перезахороненных солдатах, в благодарности ветеранов, для которых уважение и внимание остаются бесценными.